Увидеть Париж… и полюбить

смотреть просто обязательно

Восемнадцать маленьких историй о любви и смерти. Восемнадцать мгновений. Восемнадцать открыток на память: рождественские огни Tour Eiffel, бетонная геометрия Loin du 16eme, смуглая девчонка на Quais De Seine, заплаканная мостовая района Bastille и призрак Оскара Уайльда на кладбище Pere-Lachaise. Я люблю тебя, Париж! Случай невероятный — двадцать самых маститых режиссеров собрались вместе, чтобы просто признаться в любви.

Выразить, за короткие экранные пять минут, свой восторг, свое вдохновение, свою одержимость. Попытаться разгадать тайную магию этого города, исследовать его ауру, рассказать о его жителях. Парижане — душа Парижа. И простите мне эту невольную тавтологию. Их отдельные личности и складываются в удивительную разноцветную мозаику, имя которой — Paris.

Такие разные люди. Такие разные истории. Как в жизни. Братья Коэны вовсю насмехаются над американским горе-туристом (сюжет Tuileries). Сильвен Шоме («Трио из Белльвиля») веселит публику своим мим-сюжетом (Tour Eiffel). Комедия-фарс и здесь же — трагедия самого высокого свойства, эпизод Place des Victoires (режиссер Оливер Шмитц). История матери (Жюльетт Бинош), потерявшей своего сына. Шмитцу вторит Том Тыквер, снявший трогательную лавстори о любви слепого музыканта и юной актрисы (Натали Портман).

Малая форма — самая сложная. Невероятно трудно несколькими кадрами, словами, мазками выразить суть, донести до зрителя уникальное авторское переживание. Я всерьез опасался, что фильм окажется разновидностью глянцевого туристического буклета, либо набором банальных иллюстраций. Посмотрите налево, посмотрите направо. Но этого, к моему великому удовольствию, не произошло. Мэтры на то и мэтры, чтобы обладать особым зрением, уметь взглянуть на привычный пейзаж под совсем другим ракурсом.

Вы увидите Париж без лоска. Серые безликие окраины. Переполненные вагоны метро. Клошаров и проституток на Пляс де Пигаль. Иммигранты, шпана, наркоманы, голытьба из Шестнадцатого района — та еще публика, и одновременно — лирические персонажи. Эти люди способны любить, мечтать, их чувства — такие же, как и у нас с вами. Авторы фильма борются со всеми возможными предрассудками. Но это вовсе не та политкорректная дидактика из американского учебника по толерантности, а настоящие откровения. Честный кинематограф.

И мне совсем не хочется врать, рассуждая о шедевральности каждого эпизода. Это не так. Ясно, что в качестве режиссера Депардье проигрывает. Проигрывает тем же Коэнам или Тыкверу. Жерар — замечательный актер, а режиссура — все-таки не его профиль, не его специальность. Некоторые сюжеты могут показаться слишком вычурными, комиксовыми и даже кичевыми (вроде вампирской истории Quartier de la Madeleine, где сыграл Элайджа Вуд). Это не страшно. Главное, что не нарушился континуум всего фильма, что лента не распалась на отдельные новеллы-кусочки.

Шеф этого проекта Оливье Ассаяс (Olivier Assayas) оказался отличным «дирижером», и все его «звездные инструменты» звучат слаженно и дружно. В ансамбле. Мэтры мирового кинематографа не стали демонстрировать миру свой творческий эгоизм. Какие же они молодцы, эти мэтры мирового кинематографа. Общий результат превосходит все ожидания. Вместо иллюзии и эрзаца мы получаем живой цветной мир.

Фильм «Paris, je t’aime» демонстрировался у нас в рамках фестиваля «Французское кино сегодня», организаторы которого объявляют войну голливудскому мэйнстриму. И в этом, признаюсь, есть некоторое лукавство. Ведь очень трудно признать в братьях Коэнах или в Крэйвене истинных стопроцентных галлов. Верно? Думаю, что имеет смысл расширить географию хорошего кинематографа. Заменить прилагательное «французское» на другое — «настоящее». Ведь совсем неважно, в какой стране, в каком государстве живет автор картины. Важно — в каком ритме бьется его сердце и к каким художественным методам он тяготеет. Вдохновение против штамповки!

А, фильм, действительно, получился вдохновенным. Что с того, что цветущих каштанов здесь куда меньше, чем грязных автомобилей? Что вместо шансона — рэп на суахили? Люди не стали чувствовать иначе. Ведь любовь, по словам великого француза Мишеля Монтеня: «…как и Дух Святой, живет и дышит там, где хочет». Я люблю тебя, Париж!

смотреть здесь:

Мы уничтожили Бастилию И это ничего не спасло

Принято отмечать дату ее падения,но сегодня День ее рождения
22.04.1370 По приказу короля Франции КАРЛА V закладывается первый камень в основание крепости Бастилия. Крепость должна была защищать своими стенами Париж от атак англичан. Первоначально Бастилия проектировалась как укрепленные ворота, но уже КАРЛ VI превратит ее в настоящую крепость, возведя стены на всех открытых участках. Восемь башен крепости высотой выше 30 метров, связанные стенами равной высоты и окруженные рвом шириной в 25 метров, будут возвышаться над городом. Завершится строительство было почти два века спустя. При кардинале РИШЕЛЬЕ Бастилия станет использоваться как государственная тюрьма, каковой и будет оставаться до взятия восставшим народом 14 июля 1789. По постановлению Учредительного собрания Бастилия будет снесена. С 1880 день взятия Бастилии отмечается во Франции как национальный праздник.

Бастилия (la Bastille) - крепость и место заключения государственных
преступников в Париже.

Первоначальное значение этого слова то же, что и Бастида. Еще в первой половине XIV столетии Бастилия является только одной из многочисленных башен, окружавших Париж и называется bastide ou bastille SaintAntoine. С этого времени собственно и начинается история Бастилии.

В 1358 здесь был убит парижской прево Этиен Марсель сторонниками дофина Карла. Спустя некоторое время, уже при Карле V, Бастилия. начинает достраиваться, увеличиваться и принимает наконец в 1382 г. вид, мало разнящийся от того, какой она имела ко времени своего разрушения в 1789 г. С этих же пор Бастилия. получает характер укрепленного замка, куда спасаются во время народных возмущений или междоусобиц короли и другие лица. Хронисты того времени называют Бастилию "chaste Saint-Antonie, chateau royal" и причисляют ее к лучшим парижским зданиям.

Впервые местом заключения делается в 1476 г., когда сюда был заключен Жак д'Арманьяк, герцог Немурский, обвиненный в составлении заговора против короля Людовика XI. Несчастный был посажен в железную клетку, откуда выходил только для истязаний, и наконец в 1477 г. его обезглавили.

Вторым из более известных узников Бастилии. является таинственный обладатель железной маски, homme au masque de for (около 1660 - 70 г.), происхождение которого и до сих пор остается неразгаданным. Одно из наиболее вероятных предположений - мнение Вольтера, усматривающего в нем незаконного сына Анны Австрийской, притязаний которого на престол Людовик XIV мог справедливо опасаться. Своим названием обязан этот узник верной, шелковой маске, которую он никогда не снимал; он пользовался многими преимуществами сравнительно с другими заключенными, имел право гулять по тюремным дворам, но с тем лишь уговором, чтобы ни единое слово не вышло из уст его. И действительно, до самой смерти таинственного заключенного, последовавшей в 1703 г. никто из окружавших не видел ни его лица, ни слышал его голоса.

После Людовика XIV и в продолжении всего XVIII ст. в Бастилии. перебывали почти все знаменитости века, философы, публицисты и даже книготорговцы, вообще все, принадлежавшее, в умственном отношении, к передовому классу того времени. Вольтер здесь был два раза: в 1717 г. за сатиру, направленную против герцогини де Верри, и в 1726 г., вследствие истории с шевалье де Роганом. Из других упомянем: Мармонтеля, Бомелле, аббата Морелле, Ленге и многих других.

ВИД СВЕРХУ НА ПЛОЩАДЬ БАСТИЛИИ СМОТРЕТЬ: